Rambler's Top100

РПК
Российская Партия Коммунистов

(Региональная Партия Коммунистов)
 
English
Deutsch

Коммунист Ленинграда

 

Mail to Webmaster rpk@len.ru

Группа РПК
в Контакте

ЖЖ РПК

TopList

Rambler's Top100

 

Катится цунами революций

Оставшиеся в тени из-за гражданской войны в Ливии политические страсти в Египте не утихают. Под давлением демонстрантов ушёл в отставку назначенный ещё Мубараком премьер-министр генерал Ахмед Шафик (он включен в состав Высшего совета вооруженных сил), сменилось несколько министров. Главой правительства стал хозяйственник Исам Шараф.

Многие требуют демонтажа всей структуры безопасности. Идут столкновения между противниками и сторонниками этих мер, есть жертвы. В Каире сожжена штаб-квартира тайной полиции. После того, как на площади Ат-Тахрир в ходе антиправительственного восстания обнялись полумесяц и крест, в последние дни вражда на улице вновь разделила коптов-христиан и мусульман. Произошли кровавые стычки, сожжена одна церковь.

До стабилизации далеко

Трагедия упрямого старика

В своей последней речи Хосни Мубарак заявил: "Это выступление отца, обращенное к своим сыновьям и дочерям". Как и раньше, в его речи было много лжи, хотя, возможно, он искренне верил в то, что говорил. Его обращение вызвало издевательский смех собравшихся и вопль из миллиона глоток: "Уходи!!!" Одна женщина кричала в микрофон: "Хватит нам этих мыльных опер!" Через несколько часов он подал в отставку.

Когда записывали последнее обращение Мубарака к нации, он дважды терял сознание.

За всем этим скрывались личная трагедия, которая объясняет упрямое непонимание президентом своих "сыновей и дочерей", упрямство, которое поставило Египет на грань разрушения и - не исключено! - гражданской войны. Президент верил, что он - единственный, кто может спасти страну от сползания в пропасть.

Хотя широко распространялись слухи, что якобы он лично и его семья награбили многие миллиарды долларов, ряд дипломатов в Египте считали это большим преувеличением. "По сравнению с клептократами в других странах, я не думаю, чтобы президент Мубарак как-то выделялся, - говорил один из послов в Каире, который предпочёл остаться анонимным. - Конечно, в Египте была коррупция, но, насколько я знаю, президент и мадам Мубарак жили достаточно скромно". Но при оценке бизнеса его сыновей такие щадящие оценки не высказывались никогда.

Мубарак не ожидал такого конца своей карьеры и своей жизни. Как командующий египетской авиацией, получивший военное образование в СССР, он был героем войны 1973 года против Израиля. Когда в 1975-м Анвар Садат пригласил его в свой дворец, Хосни Мубарак ожидал, что ему предложат какой-нибудь важный дипломатический пост. Но Садат возвел генерала, не имевшего политических амбиций, на пост вице-президента. 6 октября 1981 года Садат и Мубарак сидели на параде рядом друг с другом, радикальные исламисты в военной форме убили Садата, а Мубарак случайно уцелел.

Так Хосни Мубарак стал во главе страны. Тогда она была совсем другой. Властвовала вездесущая полиция, репрессии заставляли людей подчиняться. Связь с заграницей осуществлялась через редкие телефонные звонки. За последующие 30 лет развились промышленность и туризм, многие сотни тысяч человек получили университетское образование, миллионы стали пользоваться Интернетом, в каждом доме появились телевизоры. Но Мубарак, окруженный лизоблюдами, не понимал, насколько изменилась страна. Его партнёром по семейной трагедии была жена Сюзан - дочь египетского доктора и медсестры из Уэльса. В 17 лет Сюзан вышла замуж за Хосни, когда тот был молодым лётчиком. Она занялась социальной благотворительностью и была более открыта внешнему миру, чем тот круг людей, который окружал мужа, но хотела вырастить из сыновей смену отцу.

Старший сын Аля был бизнесменом, футбольным фанатом и не играл в политику.

Младший, Гамаль, стал как бы необъявленным наследником отца. Именно Гамаль со своими друзьями заговорил о династиях политиков Кеннеди, Бушей, Клинтонов в США, не говоря уж о династиях фараонов.

Весной 2009 года 80-летний Мубарак пережил трагедию. В это время он уже установил нормальные отношения с президентом Соединенных Штатов Бараком Обамой, как и с предыдущими американскими президентами. Обаму убедили, что Мубарак - единственный человек в стране, который может сохранять стабильность в Египте, давить экстремистов и удерживать свою армию в рамках мира с Израилем. Ещё Буш пытался говорить о демократизации арабского мира, но Мубарак выглядел солидным, непроницаемым, как сфинкс. На его каменном лице улыбка появлялась только тогда, когда он говорил и играл со своим 12-летним внуком Мухаммедом, сыном Аля. В тот трагический день очаровательный мальчик, проведя уик-энд с дедом, впал в кому и умер от редкой болезни, вызвавшей кровоизлияние в мозг. Убитый горем дед был психологически надломлен. Он даже отменил свой визит в США, не был на похоронах внука и не присутствовал на выступлении Обамы в Каире, когда тот призывал к улучшению взаимоотношений между США и арабо-мусульманским миром.

Египтяне, народ в высшей степени эмоциональный, выражали сочувствие президенту. Проведи он через неделю после смерти внука выборы, то получил бы подавляющее большинство голосов избирателей без всяких фальсификаций. Если бы тогда он решил подать в отставку, люди искренне попросили бы его остаться. Это был момент эмоциональный, а не политический. Но, потеряв связь с действительностью, Мубарак решил, что только он может продолжать руководить Египтом и даже Гамаль, его сын, не годится для этого.

Правда, Гамаль примерно десять лет готовился к тому, чтобы стать политическим деятелем. В Лондоне он работал в "Бэнк оф Америка", а затем создал свою собственную компанию "Мединвест". Она стала успешным бизнес-проектом, и Мубарак-младший заработал сотни миллионов долларов, очевидно, используя своё положение сына президента.

Но у Гамаля не было данных политического лидера, не было харизмы. "Он учился в Американском университете в Каире и был умненьким юношей, - говорили его друзья. - Гамаль много читал, многому научился, стал хорошим банкиром, специалистом по инвестициям. Он был технократом, но не политическим деятелем. Он не чувствовал настроения людей, настроения народа, он не мог стать лидером или правителем".

А тем временем вокруг Гамаля, ставшего неформальным главой Национально-демократической партии, собрались жадные до денег и власти "жирные коты". Некоторые из них действительно понимали, что экономику надо модернизировать. Либерализация, приватизация и развитие телекоммуникаций уже меняли ландшафт бизнеса. Продажа земельных участков, которые считались собственностью правительства, строительство отелей, туристических центров и богатых кварталов на побережьях Красного и Средиземного морей или в Каире - всё это давало гигантские доходы.

В Египет потекли иностранные вложения, экономика росла, сложился новый класс сверхбогатых. Их образ жизни вызывал негодование и ненависть миллионов людей, которые существовали на грани голода, а также образованной молодежи, которая не могла найти работу и не имела будущего. В то же время недовольство высказывали и военные, и органы безопасности, являвшиеся реальной базой режима Мубарака. Они не хотели видеть во главе государства его сына.

Узкая группа советников-лизоблюдов вокруг Хосни Мубарака ограничивала его видение мира и реалий Египта. И никто не смел идти против этого внутреннего окружения.

Сюзан Мубарак иногда позволяла себе это. Она пыталась защитить даже своего ментора из Американского университета в Каире Саада Эддина Ибрагима, который, выступив против режима, получил несколько лет тюрьмы и вынужден был уехать за границу. Но жене президента сказали, что это - не ее дело. Я встречал Ибрагима на международных конференциях и в Колумбийском университете Нью-Йорка, и он показался мне калькой советских диссидентов 60-70-х годов.

Сюзан не была популярна. Утверждали, что она получала подношения от бизнесменов и стала сверхбогатой. Жена президента оттолкнула от себя значительную часть населения еще и тем, что вела активную кампанию против женского обрезания, которое лишало египтянок нормальной сексуальной жизни. Но сия практика имела широчайшее распространение среди неграмотного населения, и борьба против такой традиции вызывала отрицательную реакцию.

Весной 2010 года звезда Гамаля уже заходила. Отец не верил в его политическое будущее, а генералы не хотели видеть в Гамале лидера. Хосни Мубараку сделали операцию по удалению желчного пузыря в Германии. Он ослабел физически, но по-прежнему считал себя незаменимым. Его ближайший советник (кстати сказать, по-своему умный и талантливый начальник разведки, потом руководитель всех египетских спецслужб) Омар Сулейман всё время оставался в тени. Именно он, а также фактический руководитель Национально-демократической партии Ахмед Изз убрали всех политических оппонентов. В окружении Хосни Мубарака ему не оставалось замены. Старая генеральская гвардия была недовольна ни Гамалем Мубараком, ни окружающими его алчными бизнесменами.

Когда в Египте в ноябре прошлого года фальсифицировали выборы в парламент, организованные партийным боссом Ахмедом Иззом, другом Гамаля, к тому же "стальным олигархом", владеющим двумя третями приватизированной сталелитейной промышленности страны, обстановка накалилась до предела. Омар Сулейман руководил не только разведкой, но и инициировал наиболее драконовские законы по чрезвычайному положению. Именно он попытался сломить мощь "Братьев-мусульман", которые получили на выборах 2005 года, несмотря на всё сопротивление правительства, пятую часть голосов. Вместе с Ахмедом Иззом Сулейман обеспечил скандальную победу правящей Национально-демократической партии на выборах, когда светской оппозиции кинули лишь горстку мандатов, а "Братьев-мусульман" просто не пустили в парламент. "Победа" Национально-демократической партии обернулась тем, что от парламента отвернулось всё общество.

Согласно материалам "Викиликса", американский посол в Каире характеризовал Сулеймана как "прагматика с очень острым и аналитическим умом". Телеграммы от американского посла определяют его как "наиболее удачный элемент" в американо-египетском сотрудничестве по поводу урегулирования мирного процесса на Ближнем Востоке. В телеграммах из американского посольства в Тель-Авиве сообщалось, что израильтяне очень высоко ценили Сулеймана. Израиль был бы очень доволен, если бы Омар Сулейман стал наследником Хосни Мубарака. Сулейман стал вице-президентом в последние дни правления Мубарака, в завершающем акте трагедии. Но оппозиционные группы и протестующие видели его лишь как продолжателя режима Мубарака и не верили ни одному его слову. У революций своя логика и своя психология.

Myбарак опирался на армию, но для того, чтобы сбить волны протестов, генералы уговорили его уйти в отставку. Глубокий старик, морально и физически раздавленный, уступил их требованиям. Говорят, что окружение Мубарака запрещало показывать ему телевизионные сюжеты сцен ликования миллионов людей на улицах Каира, когда было объявлено о его отставке. Генералы понимали, что армия не будет стрелять в народ. Дело могло бы кончиться кровопролитием и печальным концом для них самих. Мало того, старая генеральская гвардия попыталась перевести гнев людей на самых наглых из "жирных котов" - бывших министров, наиболее нажившихся на спекуляциях и грабеже собственного народа. Некоторые из них арестованы. Мубараку запрещено покидать страну.

После периода ликования, возможно, начнется новая "мыльная опера" - кто знает?

Глубинные причины революций

Пытаются охарактеризовать революции в арабском мире как "революции интернет-поколения" или "поколения "Фэйсбука". Но ведь совсем недавно мусульманская народная революция смела режим шаха, рухнули и военный режим Сухарто в Индонезии, и коррумпированный режим Маркоса на Филиппинах. Результаты всех революций были разными, но какие-то общие составляющие, общие глубинные причины можно найти.

Прежде всего - разрыв между "верхами" и "низами". Египет сравнительно быстро развивался. Рост ВВП за последние годы составлял пять - семь процентов в год. Это уступало темпам развития Китая или Индии, но намного превышало среднемировые показатели. Плоды этого экономического роста не доставались массам. Наверху были миллионеры и миллиардеры, которые стали появляться в стране после того, как президент Садат в 70-е - начале 80-х годов объявил политику "открытых дверей" ("инфитаха").

В первый период правления Мубарака "жирные коты" несколько поджали хвосты, но затем, сплетаясь в единую систему с верхушкой госаппарата, вели себя всё более нагло, всё громче чавкали. Сверхбогатыми людьми в Египте становились благодаря приватизации наиболее лакомых кусков государственной собственности, получению почти бесплатных земель для будущего развития, привилегированных займов государственных банков, доступу к государственным заказам, появлению совместных предприятий с иностранными корпорациями.

Около 40 процентов населения жили на один-два доллара в день, питались лепёшкой с бобами, а "элита" строила для себя виллы с полями для гольфа, со всеми услугами и службами, которые имеют привилегированные классы на Западе, воздвигала дворцы на побережьях Нила, Красного и Средиземного морей. Каждый год на трудовой рынок Египта выбрасывалось 700 тысяч новых рабочих. Большая часть из них работу не получала. Формально безработица составляла 10-15 процентов населения, фактически - больше. Едва ли не половина всей экономики страны приходилась на никем не учтенную деятельность: мелких торговцев и ремесленников, ремонтников, разнорабочих и так далее. Достаточно развитая система высшего образования, качество которого падало из года в год, выпускала десятки, а то и сотни тысяч молодых людей, получивших дипломы, кое-какие знания и имевших амбиции, но не нашедших работы. Молодые люди, получившие образование или полуобразование, мечтали о собственной автомашине, о возможности жениться (а денег на калым у них не было), о собственном жилье.

Телевидение показывало египтянам чужую красивую жизнь, достойное существование, уважаемых людей, свободу, а собственного будущего у них не было. Экономическое положение народа либо очень медленно менялось к лучшему, либо ухудшалось. Именно в этот момент, накануне революций в Тунисе, Египте, а затем в других арабских странах, во всём мире из-за засухи, неблагоприятных погодных условий и плохого урожая зерновых стали расти цены на продовольствие. В азиатских гигантах - Китае и Индии - всё больше продовольственных культур шло на производство высококачественной пищи (мяса, молочных продуктов) для растущего среднего класса, а мировой рынок зерновых уменьшался, цены взлетали и, скорее всего, поднимутся еще.

На всё накладывалась коррупция сверху донизу. Любая бумажка в государственном учреждении, получаемая из рук мелкого чиновника, могла стоить 50-100 фунтов при зарплате текстильщика 350 фунтов в месяц (1 доллар равен примерно 5,9 египетского фунта). Взятки на высшем уровне исчислялись миллионами и десятками миллионов фунтов. Предприниматели и чиновники делали колоссальные деньги "из воздуха" с помощью финансовых операций. Таким образом "распиливались" огромные государственные средства и делились между "жирными котами" и чиновниками. Миллиардеры проникали в парламент, высшие эшелоны кабинета министров. Правительственные чиновники, уходя со своих постов, оказывались во главе гигантских корпораций, которые ворочали сотнями миллионов и миллиардами фунтов. При этом население оставалось нищим, погруженным в заботу о лепёшке. Любой протест подавлялся. 30 лет сохранялся режим чрезвычайного положения.

Значительную роль в восстании сыграли рабочие промышленных предприятий, государственных учреждений, транспорта. В Египте есть профсоюзы, но нет мощной организации профсоюзов, как в Тунисе. Как к их требованиям отнесутся военные, "Братья-мусульмане" или интернет-молодежь?

Кажется, что Египет возвращается к нормальной жизни. Банки открылись. Автомашины, как и раньше, стоят в пробках. На улицах появились обычные полицейские (не те, которые подавляли беспорядки), поддерживаемые армейскими патрулями. Египетская валюта пока не обесценилась по отношению к доллару. Лишь туризм оказался под большим ударом, и заполняемость отелей упала в несколько раз.

Однако протесты продолжаются, становятся всё более интенсивными. В Каире и Александрии огромные толпы демонстрантов требуют более глубоких реформ. Столкновения с полицией были и в Порт-Саиде, и в районах к югу от Каира, и в Северном Синае, и в одном из оазисов Западной пустыни - Харге. Революция вернула людям человеческое достоинство и свободу. А как с социальными достижениями? Дело в том, что социальных достижений пока нет и, возможно, не будет. Народные волнения привели к массовому оттоку капитала из страны, как иностранного, так и египетского, подорвана туристическая отрасль, рабочих мест не прибавилось. И вот на волне народной революции начались массовые забастовки от Александрии до Асуана. Бастуют текстильщики, транспортники и рабочие Суэцкого канала, служащие банков и компаний. Бастует, кстати, и полиция. Ведь помимо ненавистных народу полицейских из отрядов, созданных для подавления беспорядков, и политической полиции, есть много стражей порядка полуголодных, худых, плохо одетых, получающих нищенскую зарплату - они регулируют движение, стоят на охране каких-то объектов. В первые же дни после перехода власти в руки генералов они стали обращаться с призывом не бастовать, не предъявлять социальных требований, не раскачивать экономику. Но будут ли полуголодные люди ждать?

Как к этому отнесется "поколение Интернета"? Ведь оно было представлено в основном молодыми людьми отнюдь не из беднейших слоев общества. Будут ли они защищать права бедняков, безработных, рабочих? Или же не исключен какой-то компромисс с режимом, возможно, что кого-то из них власть имущие могут перекупить постами, привилегиями, зарплатой?

В Индонезии, на Филиппинах, в Пакистане на смену военным режимам пришли формально демократические, но происходит ли там строительство нового общества? Ведь, как оказалось, в этих странах сохраняются коррупция, влияние олигархов, политических кланов.

Говорят об "эффекте домино". Да, события в Тунисе подтолкнули к волнениям и стали знаменем народной революции в Египте. А что дальше? Какая следующая фишка упадет?

15 марта 2011 г.   Алексей Васильев
Директор Института Африки РАН,
член-корреспондент РАН
http://kprf.ru/international/89063.html

Другие ссылки по теме:

 



Все содержание (L) Copyleft 1998 - 2018