Rambler's Top100

РПК
Российская Партия Коммунистов

(Региональная Партия Коммунистов)
 
English
Deutsch

Коммунист Ленинграда

 

Mail to Webmaster rpk@len.ru

Группа РПК
в Контакте

ЖЖ РПК

TopList

Rambler's Top100

 

Недостижимый компромисс и невозможная капитуляция

Правящие круги России в очередной раз пытаются договориться с Западом.

Казалось бы, ситуация складывается для Кремля далеко не худшим образом. "Ответные" санкции по отношению к Евросоюзу, после долгих колебаний введенные российским правительством, на удивление эффективно и быстро сработали, усилив и без того изрядное недовольство фермеров политикой Брюсселя, посеяв разногласия между правительствами. Финляндия критикует политику Еврокомиссии, Польша поддерживает её, но требует денег. Компании, пострадавшие от санкций, пишут заявки на компенсации, средств на всех не хватает. Восточноевропейские государства, более других настаивавшие на жесткой антироссийской политике, как обнаружилось, больше всех зависели от России, а теперь пострадали больше других. Варшава и Вильнюс просят у брюссельских чиновников больше денег, чем бюджет ЕС может выделить. Приближается тот момент, когда для того, чтобы поддержать стабильность евро, некоторыми странами придется пожертвовать. Но какими именно? Конфликты разрастаются как "по горизонтали" (между государствами), так и "по вертикали" (между верхами Союза и низами общества, не желающими быть заложниками подобной политики).

В военном плане всё также развивается не худшим образом. Ополчение оказалось вполне способно отбить очередное наступление правительственной армии. А заявления украинских властей о том, что "гуманитарный конвой", отправленный из России, на самом деле везет войска и оружие для вторжения, были настолько абсурдны, что не могли не вызвать сомнение в достоверности киевской пропаганды даже у публики, привыкшей с недоверием относиться к России. Хуже того, крупнейшие западные масс-медиа, оказавшиеся заложниками пропагандистской машины Киева, вынуждены были, хоть со скрипом и оговорками, повторять эту совершенно безумную версию, подрывая свой авторитет среди читателей. Не удивительно, что доверие к прессе в Европе стремительно падает, а к русским относятся тем лучше, чем большую чушь о них пишут в газетах и говорят по телевизору.

Однако никакого развития ни один из этих успехов не получил и не получит. Совсем наоборот: президент Путин произносит в Крыму очередную умиротворяющую речь, призывая к примирению и компромиссу, а дипломаты активизируют переговоры с Украиной и западными странами, предлагая им всевозможные уступки. В то же время на Донецкую и Луганскую республику со стороны Москвы усиливается политическое давление: в отставку отправлен Игорь Стрелков, на ключевые посты продвигают людей, которых местное население и ополченцы подозревают в связях с украинскими олигархами.

Такое поведение Кремля кажется странным лишь на первый взгляд. Вернее, оно было бы странным, если бы во главе государства и вправду стояли лидеры, озабоченные прежде всего национальными интересами и настроенные на серьезную борьбу с Западом. Но такое впечатление может сложиться лишь у очень наивной публики, привыкшей принимать за чистую монету фантазии российской или западной пропаганды. Отечественные элиты вовсе не настроены на героическую борьбу, а разворачивающийся конфликт воспринимают либо как досадное недоразумение, либо как результат неблагоприятного стечения обстоятельств, из которого Москва и её западные партнеры должны как-то общими силами выпутаться. Разумеется, в Кремле понимают, что между российским и западным капиталом существует противоречие интересов, но это отнюдь не повод для столкновения не на жизнь, а на смерть. Такие противоречия между партнерами должны решаться путем взаимных уступок и компромиссов, что и пытается российское руководство объяснить Западу. Потому каждый успех, которого Москва добивается в начавшемся конфликте, воспринимается ею не как плацдарм для развития наступления, а как выгодная позиция для торга и ресурс для взаимных уступок.

Напротив, западные элиты ведут себя всё более жестко и агрессивно, каждый раз срывая подобные инициативы. Если причина кажущейся непоследовательности Кремля лежит в самой природе российского периферийного капитализма (и в противоречиях между фракциями российской элиты), то неуступчивость Запада вызвана остротой и неразрешимостью кризиса, с которым столкнулся неолиберальный проект. Система находится на грани слома и поддержать её существование можно на психологическом уровне лишь очень большой и бесспорной победой, а на уровне материальном лишь вбросом очень значительных и по существу бесплатных ресурсов. При сложившихся обстоятельствах Запад не может быть удовлетворен ничем, кроме безоговорочной капитуляции, но по меньшей мере несколько странно требовать подобного от противника, добивающегося успехов на всех фронтах.

Наряду с объективными факторами действуют, конечно, и субъективные. Сократив деньги на гуманитарные науки, угробив кафедры русистики в большинстве университетов, удалив от власти трезво мыслящих экспертов, неолиберальные элиты Запада фактически обрекли себя на действия вслепую. Они принимают решения, не понимая не только психологию и культуру российского населения, но даже и возможные ближайшие последствия своих собственных действий. Хуже того, не имея серьезной и независимой аналитики, они, похоже, начинают воспринимать в качестве серьезного информационного источника заявления, которые делаются в Киеве или высказывания российских либеральных интеллектуалов.

Сочетание безысходности и неадекватности предопределяет крайне агрессивное поведение лидеров Евросоюза, не оставляющее Кремлю ни малейшего шанса на компромисс.

При всем желании мириться и договариваться, для кремлевских начальников слишком очевидно, что уступки, требуемые Западом, выходят не только за грань разумного, но и за пределы выполнимого. Такая уступчивость может обернуться не только развалом страны, что наши элиты ещё могут как-то допустить, но и утратой ими власти и собственности, что, конечно, гораздо хуже. Тем более что в нашей стране утрата власти может обернуться и утратой физической безопасности.

Не удивительно, что политика России в отношении Новороссии состоит из нелепых зигзагов и по сути представляет собой одно сплошное неизбывное противоречие. Мечтают "слить", Новороссию, но не могут. Начинают помогать, но ничего до конца не доводят и сами же ломают всё сделанное. Посылают специалистов и сами же их отстраняют, как только эти специалисты добиваются успеха.

Между тем процесс военно-политического и социального противостояния развивается по собственной логике, постоянно набирая силу. А колебания, метания и попытки компромисса, которые наблюдают все участники событий, лишь ослабляют контроль кремлевских политтехнологов над массовым движением, постепенно набирающим силу по обе стороны границы.

Очередные поиски компромисса закончатся так же, как и предыдущие - возобновлением конфронтации, с той лишь разницей, что российские верхи в очередной раз упускают инициативу и вступают в новый раунд борьбы с куда более слабых позиций, чем могли бы. Последствия будут, скорее всего, катастрофическими для всех участников процесса. В конечном счете, платить за это придется большинству населения - и в России, и в Европе, и на Украине. Однако чем быстрее будет развиваться процесс, тем скорее будет предъявлен счет всем тем, кто отвечает за происходящее. Счет этот будет предъявлен в полном объеме и в России и на Западе. Вопрос лишь в том, какая элита рухнет первой.

18 августа 2014 г.   http://rabkor.ru/editorial/2014/08/18/compromise

Другие ссылки по теме:

 



Все содержание (L) Copyleft 1998 - 2019